Мозырь Info Мазыр Інфо

27 сентября исполнилось 12 лет с того дня, как отряды

религиозного движения «Талибан» захватили власть в Кабуле, казнив бывшего президента страны Наджибуллу. В октябре 2001 года Соединенные Штаты начали бомбардировки

Афганистана, поскольку «Талибан» отказался выдать лидеров «Аль-Каеды», спланировавших террористические атаки на Всемирный торговый центр в Нью-Йорке.

В течение полутора месяцев эти бомбовые удары позволили так называемому Северному альянсу, антиталибской группировке, продвинуться от своих небольших укреплений в горах до столицы.

Для окончательного решения проблемы в страну были введены международные силы под эгидой НАТО (ISAF). Под натиском сил коа­лиции и их союзников талибы были вытеснены с большей части террито­рии страны. В декабре 2001 года их командиры сдали лидерам пуштун­ских племен последнюю провинцию – Забуль.

МОРАЛЬ ИСЛАМА И ГРАЖДАНСКИЕ ПРАВА

При поддержке мирового со­общества Афганистану удалось за­ложить политическую основу ново­го государственного строительства. Были созданы демократические ин­ституты власти и элементы граж­данского общества. В частности, в январе 2004 года была принята новая конституция, самая либеральная в регионе, которая юридически закре­пила основные гражданские права и свободы, утвердив светскую форму власти при сохранении значительной роли ислама как регулятора обще­ственной морали и семейных устоев.

Иуже в октябре были проведены всеобщие тайные выборы президента страны, которым стал Хамид Карзай, пуштун, вернувшийся из эмиграции из США, где провел до свержения ре­жима талибов четыре года. Еще через год были проведены выборы в парла­мент, куда вошли не только известные политические и общественные деяте­ли, но и просто влиятельные лица, в первую очередь бывшие полевые ко­мандиры моджахедов. Примечатель­но, что четверть депутатских мест по­лучили женщины, что ранее было бы недопустимо.

Большое развитие получили СМИ: в стране издается более 300 не­зависимых газет и журналов. Часть из них служат печатными органами по­литических и общественных органи­заций. Цензура отменена, действуют несколько телевизионных каналов, только один из них – государствен­ный. В последние годы появились и региональные частные телецентры.

Есть и другие существенные достижения. Так, свыше 4,6 млн аф­ганских беженцев вернулись домой – это одно из крупнейших возвраще­ний беженцев в истории. Во времена правления «Талибана» здравоохра­нение в Афганистане было доступно для 8 % населения, а сейчас в той или иной форме – для 80 %, хотя о его вы­соком качестве говорить, понятно, не приходится. Образование было до­ступно для 1 млн детей, сейчас – для 7 млн, из них 1,5 млн девочек (при том что талибы в свое время закрыли все женские школы). За это время подго­товлено 50 тысяч учителей, построе­но 600 новых школ, издано 42 млн учебников. Правда, на юге и востоке страны школы функционируют на свой страх и риск: только в прошлом году талибы сожгли или разрушили 166 школ и убили более 40 учителей.

К сожалению, демократия пока остается лишь внешним фасадом для страны, которая медленно и мучи­тельно трансформируется и до сих пор продолжает жить по старым, традиционным законам, особенно в провинциях. При практическом от­сутствии современной системы судо­производства и надежных правоохра­нительных органов в политической и общественной жизни в Афганистане превалирует право сильного. Осо­бенно это характерно для провинции, где суд вершит не судебный орган, а наиболее влиятельные лица – чаще всего те же бывшие полевые коман­диры, они же в основном крупные наркодельцы, они же местные адми­нистраторы.

Процесс восстановления и развития экономики также оставляет желать много лучшего. Несмотря на до­статочно крупные суммы, выделяемые на эти цели мировым сообществом (на сегодняшний день эти средства превы­сили 17 млрд долларов), в стране до сих пор не построено ни одного крупного экономического объекта. Безусловно, осуществляется строительство цело­го ряда важных и нужных объектов – дороги, ирригационные сооружения, школы, поликлиники, колодцы и т. д., однако все это мелкие проекты, ко­торые не влияют на общую экономи­ческую ситуацию в стране. Крупные же национальные проекты находятся лишь в стадии разработки.

Международные масшта­бы приобрела проблема афганского наркобизнеса – несмотря на то что разработан и действует целый ряд го­сударственных программ по борьбе с наркотиками, создано соответствую­щее министерство, формируются спе­циальные группы наркополицейских, готовятся юристы по этой специаль­ности, создаются специальные суды для наркопреступников. Диапазон средств и методов борьбы с мировым злом достаточно широк: общий за­прет на выращивание наркокультур, целый ряд карательных мер, ликвида­ция опийных плантаций с использо­ванием армии и правоохранительных органов, поощрение производителей, переходящих на выращивание тра­диционных культур, и т. д.

ОПИУМНЫЕ ВОЙНЫ СОВРЕМЕННОСТИ

Какие бы меры ни предприни­мались против наркобизнеса в Афга­нистане, все они пока не дают желае­мых результатов. А вот карательные мероприятия и уничтожение посе­вов опийного мака вызывают резкое недовольство крестьян, для которых выращивание опия – единственный источник существования. После окончания гражданской войны, в ходе которой сельскохозяйственные земли были заброшены или превра­тились в пустыри, в условиях жесто­чайшей многолетней засухи опий­ный мак оказался единственной оптимальной культурой, которая бы позволила обнищавшим крестьянам выжить. Кроме того, производство опия дает прибыль, на порядок пре­вышающую доход от пшеницы.

В итоге в минувшем году в Афга­нистане был выращен самый круп­ный урожай опия за всю историю страны. Согласно данным Управ­ления ООНпо наркотикам и пре­ступности, было собрано 8200 тонн опия-сырца, что на 17 % больше уро­жая предыдущего года. В этот «про­изводственный процесс» вовлечено около двух миллионов крестьян. По доле в мировом производстве наркотиков Афганистан лидирует с колоссальным отрывом от всех из­вестных наркопроизводящих стран: в стране вырабатывается 93 % опи­умных препаратов, нелегально рас­пространяемых на планете.

Во многих юго-западных и юго-восточных районах, где вырабатыва­ется до 70 % афганского наркосырья, опий кормит не только крестьян и наркоторговцев, но и использует­ся «Талибаном» для поддержания боеспособности своих вооруженных сил. Примечательно, что активиза­ция боевых действий талибов в про­винциях Герат и Фарах с осени 2007 года совпала со сбором в них богатого урожая опиума.

На состоявшейся на днях в Бу­дапеште встрече министров обо­роны стран НАТО было принято решение о совместной борьбе с нар­которговцами в Афганистане. Тем самым Североатлантический альянс намеревается перекрыть один из основных каналов финансирования «Талибана». Ранее ряд его членов вы­ступал против вмешательства НАТО в борьбу с наркотрафиком, считая, что с наркоторговцами должны бо­роться сами афганцы.

БОЙ С ТЕНЬЮ

Как убедились на своем опыте советские войска в середине 1980-х, захват городов в Афганистане от­нюдь не означает поражения парти­зан. Произведя перегруппировку в горах на юге и юго-востоке страны, а также в районах размещения пле­мен за пакистанской границей, «Та­либан» быстро трансформировался из исламистского режима в повстан­ческое движение. На вершине его управленческой пирамиды находит­ся мулла Мохаммад, а штаб-квартира расположена в пакистанской про­винции Вазиристан. Штаб возглав­ляет мулла Дадулла – один из самых жестоких представителей движе­ния. Главный союзник – египтянин Айман аз-Завахири, планирующий операции «мозг» «Аль-Каеды». Вме­сте с талибами (8 тысяч боевиков) и членами «Аль-Каеды» (500–1000 че­ловек) действуют военизированные формирования полевых командиров Джалалуддина Хаккани и небезыз­вестного Гульбеддина Хекматиара. Последний контролирует оператив­ную базу крыла партии «Хизб-и-Ислами», которая дислоцирована в провинции Кунар. Там же, по дан­ным разведки Пакистана, находится и сам Усама бен Ладен. Американ­ская разведка отметила также зна­чительный рост числа иностранных наемников в этом году. Большую их часть составляют чеченцы, узбеки, саудовцы и граждане европейских стран, проникающие в страну через афгано-пакистанскую границу.

Горный рельеф, нищета, без­грамотность, национальная раздро­бленность – около 400 племенных объединений – и долгая история гражданских войн представляют се­рьезные затруднения на пути обеспе­чения безопасности и стабильности.

СТРАНА ПОД ВЫСОКИМ НАПРЯЖЕНИЕМ

Усиление боевой активности боевиков наблюдается в большинстве провинций юга, юго-востока, некото­рых центральных и западных райо­нах, напряженность экспортируется в северные провинции. Продолжа­ются нападения на государственные учреждения, грабежи, захват залож­ников, поджог школ и других соци­альных объектов, убийства государ­ственных чиновников и депутатов, военнослужащих армии, полиции. Не прекращаются подрывы взрыв­ных устройств в густонаселенных ме­стах столицы и центрах провинций, осуществляются акции против ISAF.

27 апреля нынешнего года в Ка­буле во время праздничного парада в честь Дня победы афганского народа в джихаде, ознаменовавшего годов­щину события 16-летней давности, когда моджахеды отбили столицу у просоветского режима, было совер­шено покушение на самого Хамида Карзая, который, впрочем, не постра­дал. Ответственность взяли на себя «Талибан» и Исламская партия Аф­ганистана упомянутого Хекматиара. Ирония судьбы: 61-летний Хекмати­ар, член знаменитой «пешаварской семерки», провозгласившей в начале 1980-х годов джихад против совет­ского военного вторжения, был од­ним из тех моджахедов, чей триумф отмечали в Кабуле.

Не менее симптоматично, что покушение произошло ровно через 30 лет после того, как в Афганиста­не произошел переворот, более из­вестный под названием «апрельской» или «саурской революции»: 27 апре­ля 1978 года афганские коммунисты во главе с Нур Мохаммадом Тараки при моральной поддержке Советско­го Союза свергли и расстреляли род­ственника короля, премьер-министра Мохаммада Дауда.

По оценкам международных на­блюдателей, военные действия ко­мандования НАТО недостаточно эффективны. Успех талибов связан с изменением тактики операций, кото­рую они внедряют уже в течение трех лет. Вместо того чтобы ввязываться в рискованные открытые столкновения с ISAF, они ставят мины-ловушки или посылают террористов-самоубийц. Смертники – это нищенствующая мо­лодежь или люди среднего возраста. В их ряды идут не только по убеждениям, но и по меркантильным соображениям. Не имеющие работы отцы семейств, у которых по 7–10 детей, соглашаются стать смертниками за 2–3 тысячи дол­ларов. Для справки: на 50 долларов аф­ганская семья живет месяц.

Страх солдат западной коали­ции перед шахидами постоянно при­водит к нежелательным инцидентам, когда мирных жителей принимают за террористов-самоубийц, что порожда­ет недовольство среди населения, еще больше осложняет отношения жите­лей афганских городов и сел с пред­ставителями ISAF и, в конечном счете, играет на руку талибам. Большой про­блемой также является то, что послед­ние располагают маршрутами отхода в Пакистан, где они оказываются в от­носительной безопасности.

ВОЗМОЖНО ЛИ ДОГОВОРИТЬСЯ?

Талибы имеют сильное влия­ние на территории Афганистана, особенно в южных провинциях. Во многих районах в этой зоне они соз­дали параллельные структуры вла­сти, которые зачастую осуществляют властные полномочия в части сбора налогов, обеспечения безопасности, судопроизводства. Они имеют своих людей во всех структурах местного управления, в первую очередь в по­лиции и органах безопасности. При этом их поддерживают многие мест­ные жители, потому что видят в них поборников справедливости и блю­стителей порядка на фоне явной сла­бости местных властей и центральной власти, поборов, злоупотребления властью, неограниченного произвола со стороны местных чиновников, то­тальной коррупции.

Похоже что стратегия Запада в Афганистане заходит в тупик. «Мы не выиграем эту войну. Все, чего мы можем достичь, – это подавить со­противление талибов до контроли­руемого уровня, но уверенной воен­ной победы ждать не стоит», – заявил командующий британскими силами в Афганистане бригадный генерал Марк Карлтон-Смит. Как сообщила на днях The New York Times, в про­екте секретного отчета американских разведывательных служб содержится вывод о том, что ситуация ухудшает­ся, и выражается серьезное сомнение в способности афганского прави­тельства противостоять росту влия­ния «Талибана», чему способствует коррупция в окружении президента Карзая.

В Европе и США все более рас­пространяется мнение о том, что переговоры между враждующими сторонами являются единственным решением конфликта. Американ­ский генерал Дэвид Петреус, который вскоре возглавит американское Цен­тральное командование, заявил, что переговоры с некоторыми членами «Талибана» могут привести к умень­шению насилия в районах Афгани­стана, наиболее широко охваченных повстанческим движением.

На этом фоне появились сведе­ния, что афганское правительство ведет тайные переговоры с предста­вителями движения. Возможно, что в имеющихся условиях это действи­тельно какой-то выход. Вот только, к сожалению, нет никаких гарантий, что легализация «Талибана» не приведет к возобновлению террористических ак­тов глобального масштаба.

ET CETERA.Мир